Разнообразие и одновременно похожесть традиций викканства наводит на размышления о том, что прообразом этого учения были некие реальные существа из обычной жизни, которые своими возможностями и деяниями очень сильно впечатлили окружающих, так что это породило, в итоге, целый культ.
Современная наука старается нас убедить в том, что боги – это ни что иное, как просто плод ограниченной фантазии наших предков, однако, практический анализ истории мира, а точнее отношение к ней, говорят об обратном. В современном мире большинство людей воспринимают историческую науку по набору самых ярких личностей, оставивших в ней след. Даже самые ключевые мировые события, ассоциируются у нас с теми людьми, которые играли в них самую важную роль, ну или нам так кажется, что играли. Например, вся история России – это Иван Грозный, Петр Первый, Ленин и Сталин. Все остальные персонажи выглядят довольно призрачно и не так ярко. И заметьте саму историю мы несильно то помним, при упоминании о ней, в нашем сознании всплывает набор личностей, и ряд ключевых событий, развитие которых мы, опять-таки связываем с всё теми же личностями, сыгравшими в них ключевую роль (ну, или мы так думаем, что сыграли). В общем, история мира для нас – это просто несколько личностей, оставивших в ней самый яркий след, а всё остальное детали. Если еще точнее выразить эту идею, то понятие любого действия или деяния, на самом деле, для нас значит немного, наше сознание ищет, как всегда, «точку приложения» то есть не некий процесс, а личность (точку), которая наибольшим образом повлияла на его ход. Так как она и есть ключевой фактор этого события в нашем понимании. Это можно сравнить с тем, как если вы смотрите на сито, то вы не видите в нем дырок, а если вы видите, то одну, потом другую и не можете ни одну из низ запомнить, так как все они одинаковые, в итоге снова ищете «точку» то есть сито в целом. Вашему сознанию просто неудобно видеть сразу несколько отверстий. Также, когда мы смотрим на историю, то ищем тех ключевых «винтиков», которые наибольшим образом влияли на ее ход. В еще одном варианте: мы не можем бросить 1000 зерен, но можем швырнуть 1 жменю. Мы ищем, что-то одно, то, что впечатляет, остальное нам сложно уловить, и мы его теряем. Так что, сколько на молнию не смотри, а легенда о боге-громовержце вряд ли появится в столь изощренном и витиеватом виде, как у древних греков. Мы ищем самый простой путь, так что, если и будем приписывать молнию деяниями некоего бога, то придумаем простой и наиболее вероятный вариант ее появления, без разного рода семейных разборок и т.д. и т.п., так как это нам просто не надо и придаст лишь путаницу сознания. Отсюда, чем сложней легенды о богах, тем больше вероятность того, что в их основе лежат действия конкретных сильно впечатливших кого-то личностей. А если частью такого эпоса являются какие-нибудь огромные и невероятно сложные в плане изготовления сооружения то, это уже просто «горячо», то есть, скорее всего, вероятность приближается к единице и боги из этих «сказок» были совершенно реальными существами.